Грузинские мечты Симоники: наследие Симона Дадиани
Свяжитесь с снами

СОВА

Грузинские мечты Симоники: наследие Симона Дадиани

#другая сова

Грузинские мечты Симоники: наследие Симона Дадиани

Фотографию молодого мужчины в стильных очках, читающего книгу, часто можно встретить на просторах грузинского сегмента интернета. Многие отмечают, что он легко мог бы стать современной голливудской звездой, но князь из XX века с необычной для Европы и Америки фамилией Дадиани прославился как художник и скульптор. «Я хочу, чтобы все мои работы висели вместе в доме моего отца или деда на берегу моря», – мечтал Симон, в годы советизации Грузии вынужденный покинуть свою родину, как и многие представители грузинской интеллигенции.

Симон Дадиани, или как его еще называли Симоника, родился в Сенаки в 1916 году. Его отец, Николоз (Коки) Дадиани, известный в парижском эмиграционных кругах как «принц с печальными глазами», был предводителем дворянства Сенакского уезда. Будучи членом Национал-демократической партии, он боролся за независимость Грузии. Прадед Симоники, Михаил Шервашидзе, был последним губернатором Абхазии.

В 1921 году Симон и его семья поднялись на борт корабля в порту Батуми. Тогда ему было всего 5 лет. Стоя на палубе, мальчик наблюдал за первой волной политической иммиграции во Францию по популярному в то время маршруту: Батуми – Константинополь – Марсель – Париж. Это был путь, который в 1921 году были вынуждены проделать многие представители политической элиты Грузии, бежавшие от большевистской оккупации.

После окончания лицея Пастера, где Симоника получает степень бакалавра, он отправляется в Италию, чтобы продолжить свое образование в школе изящных искусств, а затем переехал в Соединенные Штаты и поступил в школу изящных искусств Шарлоттсвилля в Вирджинии. Находясь в Америке, он также изучал древнегрузинский язык.

Во время Второй мировой войны, Симон Дадиани присоединился к армии США в качестве добровольца и принимал участие в десантных миссиях сначала в Касабланке, а затем – на Сицилии, где проявил героизм в самой ожесточенной битве при Монте-Кассино. За свою службу грузинский князь получил множество боевых наград, в том числе и орден «Пурпурное сердце».

С 1950 года Дадиани начинает активно участвовать в художественных выставках. Французская и американская пресса характеризовали Симона как утонченного художника с европейскими взглядами. Его стиль, как казалось многим, опережал время, в котором он жил.

Симоника привлек себе особое внимание на выставке в Нью-Йорке в 1953 году, где получил специальный приз за абстрактную скульптуру «Черный торс».

«Принц Мачабели»: парфюмер, покоривший Америку

Журнал Art Gigost писал: «Дадиани использует в своих работах целую систему стилизации, напоминающую стилизацию Модильяни. Утонченные абстрактные изгибы его скульптуры основаны на превосходном знании анатомии человека. Его произведения раскрывают авторское чувство юмора и с большой силой передают особенности характера человека».

В большинстве его работ фигуры расположены таким образом, что кажется, будто они находятся в постоянном движении. К привычному авангардному повествованию он добавлял свою индивидуальную концепцию. За это в Европе Дадиани нередко называли «грузинским Модильяни».

«Некоторые из моих работ мне нравятся, а некоторые – нет, но это не имеет никакого значения. Самое главное, что они создаются. Вкус развивается в процессе работы и изучении великих произведений искусства. Это требует времени, терпения и большого смирения», – писал Симоника из Сан-Франциско своей старшей сестре Бабо Дадиани в Тбилиси.

Из-за вторжения советских войск в Грузию семье Дадиани пришлось разделиться. Старшая сестра Симона – Бабо Дадиани – осталась на родине. Братья и сестры смоги вновь встретиться лишь спустя 43 года, в 1963-м. Бабо удалось приехать в Париж, куда Симоника прилетел из Сан-Франциско. Последний раз они виделись, когда Симону было 5 лет, но на протяжении всей жизни они вели переписку, живя надеждой о встрече.

«Моя Бабо, встреча с тобой, хоть и на такое короткое время, стерла все те годы, что мы были разлучены, и невероятно сблизила нас… Теперь, когда ты уехала, я могу говорить только о тебе. Я собираю все свои картины для твоих внуков. Вот почему я перестал их раздавать. У меня столько работ, что я не могу найти места, чтобы их разместить… Недавно я смотрел открытки, которые ты мне прислала. Вы прислали мне фотографии Мартвили, и это заставило меня мечтать. Я хочу, чтобы все мои работы висели вместе в доме моего отца или в доме моего деда на берегу моря».

Симон Дадиани умер в 1974 году в возрасте 57 лет. У него была болезнь, которую в народе называли белокровие, а по-научному – лейкемия. Он не рассказывал о ней никому, даже сестрам. Поэтому неожиданная смерть Симона стала для них страшной трагедией. Его похоронили на военном кладбище Сан-Франциско как американского солдата.

Мечта Симона осуществилась спустя почти четыре десятилетия после смерти. 21 картина и 2 скульптуры художника были доставлены из Парижа в Грузию. По словам директора Музея искусств Георгия Каландия, который занимался возвращением работ Дадиани, Грузия за все года независимости не получала коллекции произведений искусства такого масштаба и значения. Решение передать произведения в грузинский музей приняли его наследники Михаил и Лия Водэ, желая исполнить мечту своего Симона Дадиани.

Ладо Гудиашвили: вдохнув западную культуру, возродить восточную

Также в рубрике #другая сова

Неделя гомофобии

[áмбави]

#cпецпроект СОВЫ

SOVA-блог

#cпецпроект СОВЫ

Получайте рассылку

Девушки заброшенных фабрик

11 из Грузии: истории, которые вдохновят

#спецпроект НАТО

#спецпроект СОВЫ

Advertisement

#главное

Advertisement