«Красивый финал жизни». Чем известен диссидент Александр Скобов, арестованный в Петербурге

Когда Александра Скобова привели в клетку в суде, он отказался подниматься перед судьей и отвечать на вопросы. «Я не вижу смысла участвовать в этом спектакле, и единственная причина моего присутствия в этом суде — это плюнуть в лицо правосудию», — сообщает «Медиазона» (издание, внесенное в реестр «иноагентов»).

На заседание в Калининском суде Санкт-Петербурга пришли друзья Скобова, его супруга и 90-летняя мать. Адвокат Вероника Карагодина просила суд не применять к диссиденту меру пресечения в виде ареста, указывая на то, что его пожилая мать зависит от него. Также она представила медицинские документы, подтверждающие, что подсудимый страдает от серьезных заболеваний: глаукомы, сахарного диабета, гепатита С и астмы. Однако дальнейшие события известны лишь участникам процесса, так как по требованию прокуроров заседание было закрыто для общественности и прессы. Через час судья Максименко принял решение отправить Скобова в следственный изолятор до 1 июня.

Скобову арестовали вечером 2 апреля в Санкт-Петербурге, когда она находилась в гостях у правозащитника и депутата Госдумы первого созыва Юлия Рыбакова. В это время Рыбаков вышел на прогулку с собаками, и, вернувшись домой, увидел свою супругу и друга, окруженных вооруженными людьми в масках.

«Как позже отметила моя жена, они сразу же при входе положили его на пол и надевали наручники. Когда я вернулся, все уже сидели и заполняли протокол», — поделился Рыбаков с «Медиазоной».

Скобову обвиняют в публичном оправдании терроризма. Как сообщает адвокат, причиной стало сообщение, содержащее «оправдание взрыва Крымского моста».

Тем не менее, на страницах Скобова в социальных сетях — Facebook и Telegram — можно обнаружить материалы, которые могут стать основанием для нескольких уголовных дел, возбуждаемых за выражение несогласия с войной. Он использовал крайне жесткие формулировки для осуждения вторжения в Украину, характеризуя российский режим как нацистский. Что касается теракта в «Крокусе», он высказывал мнение, что это либо провокация со стороны российских спецслужб, либо их неудача. В условиях современной России такая откровенность сопряжена с определенными рисками.

Диссидент и экс-депутат Государственной думы Юлий Рыбаков, в жилище которого появились силовики, известен, среди прочего, тем, что в 1976 году обыск у него проводил лейтенант КГБ Владимир Путин. Скобов также является диссидентом с внушительной историей: дважды суд признавал его невменяемым и направлял в психиатрическую клинику.

Скобова впервые задержали в студенческие годы. Он стал участником группы «ленинградских левых», которая появилась в эпоху Брежнева. В это время начали формироваться подпольные молодежные объединения, самостоятельно исследовавшие левые идеи и создававшие свои собственные концепции, что было категорически неприемлемо для советской власти.

В 1978 году Скобов стал обвиняемым по уголовному делу за распространение самиздат-журнала «Перспективы». «Мы смогли выпустить только два номера, а с третьего нас уже задержали. Распространение происходило среди товарищей и знакомых — вот и вся наша аудитория», — делился воспоминаниями Скобов в конце 80-х. Их судили по статье, связанной с «антисоветской агитацией».

К Скобову карательную психиатрию применяли дважды. В первый раз он провел в лечебном учреждении два года, но, выйдя на свободу, сразу же начал создавать независимый от властей профсоюз — СМОТ. В результате он снова оказался в больнице.

Оформите подписку на нашу электронную рассылку, и каждый вечер с понедельника по пятницу вы будете получать ключевые новости дня, а также дополнительную информацию, которая поможет вам лучше понять текущие события.

«Я знаю Скобова с самого раннего возраста, хотя не с момента своего рождения, поскольку он был арестован за четыре месяца до этого», — поделился с Би-би-си Владимир Волохонский, муниципальный депутат из Петербурга и сын диссидента Льва Волохонского. Скобов и его отец были хорошими друзьями и совместно занимались независимым, а также, разумеется, нелегальным, профсоюзным движением.

Когда Владимиру исполнилось три года, его отец стал объектом судебного разбирательства за антисоветскую пропаганду. После ареста Александра Скобова он оставил множество лозунгов на улицах Петербурга с призывами «Свободу Волохонскому! СМОТ». Эта акция привела к его повторному аресту. На этот раз он провел пять лет в психиатрической больнице и был освобожден только в 1987 году.

В 1988 году Скобов вновь оказался под следствием по делу об антисоветской агитации из-за своего участия в основании партии «Демократический союз». Однако до вынесения приговора дело было закрыто в 1989 году, когда перестройка уже активно развивалась. «Демократический союз» стал первой оппозиционной партией в Советском Союзе, а его лидером выступила Валерия Новодворская.

Как и она, Скобов всю свою жизнь находился в оппозиции. В 90-х годах он активно выступал против чеченской войны.

«Он начал деколонизацию в то время, когда это не считалось трендом», — с горечью подмечает Владимир Волохонский. В 1995 году Скобов опубликовал статью о чеченском конфликте, в которой остро критиковал действия Российской Федерации.

«В конце XX века империи, основанные на насилии и подавлении, обречены на уничтожение. В современном мире многонациональное государство может существовать только как добровольный альянс народов, которые его составляют», — утверждает он, предлагая в качестве решения конфликта немедленно прекратить огонь и начать «переговоры о механизме и условиях свободного выражения желаний народа Чеченской республики».

«Тексты, созданные им в период [первой] чеченской войны, противоречили политическому мейнстриму и общепринятым взглядам на уголовные правонарушения того времени. В девяностые годы его могли бы арестовать за что-то подобное», — утверждает Владимир Волохонский.

Для Владимира Волохонского Скобов является не только другом семьи, но и близким товарищем. Когда Владимир подрос и стал проявлять интерес к политике, они вместе вступили в движение «Солидарность» в конце 2000-х и начале 2010-х годов. По словам Волохонского, Скобов активно способствовал организации протестных митингов в Петербурге в зимний период 2011-2012 годов. Теперь Волохонский находится в эмиграции, так как в России его объявили в розыск. Скобов, хотя и принимал участие в «Форуме свободной России» — платформе для российской оппозиции за пределами страны, которая в России считается нежелательной организацией, продолжает жить в Петербурге.

Юлий Рыбаков утверждает, что Скобов осознавал, что своими публикациями и интервью для независимых средств массовой информации он рискует быть арестованным. «Он был к этому готов и, возможно, даже искал этого», — отметил он в интервью Би-би-си.

Совсем недавно, 22 марта, Министерство юстиции признало Александра Скобова иностранным агентом.

Скобов в своем Telegram-канале поделился информацией о визитах полицейских: по его словам, они намеревались обсудить интервью, которое он дал «Радио Свободе», но он не открыл им двери. В марте 2024 года он сообщил, что против него было инициировано административное дело за участие в «Форуме свободной России». Ему пришло соответствующее уведомление из прокуратуры.

Рыбаков также сообщил Би-би-си, что его знакомый получил уведомление о вызове на следственные мероприятия: «Ему назначили время, но сотрудники решили прийти к нему раньше. Похоже, они опасались, что он может попытаться скрыться».

Рыбаков утверждает, что Скобов категорически не хотел прятаться, несмотря на просьбы родных: «Я полагал, что он зря жертвует собой, но он оставался непоколебим».

«Для него было принципиально оставаться в России, иначе его высказывания утратили бы свою значимость, — отмечает Волохонский. — Не могу точно сказать, стремился ли он оказаться за решеткой. Однако он предпринимал все возможное, чтобы страх перед заключением не мог его остановить».

Во время ареста Скобов отказался взять с собой свои диабетические препараты и даже снял очки. Рыбаков интерпретирует это как жест «последнего протеста»: «Мне кажется, он решил пожертвовать собой и пойти по стопам Навального, чтобы вновь попытаться пробудить общество и человечество, а также продемонстрировать, что происходит в нашей стране».

Волохонский сомневается, что Александр сможет в СИЗО читать письма и отвечать на них из-за проблем со зрением. «У него глаукома, и очки не приносят большого облегчения. Он видит только размытые пятна. Если текст будет напечатан шрифтом 32 кегля, возможно, он сможет его разобрать». Скобов читает с помощью программы, предназначенной для чтения текста с экрана, которая помогает слабовидящим.

Примерно десять лет назад на диссидента совершили нападение с ножом во дворе, похитив его телефон. С тех пор его здоровье значительно ухудшилось.

Оба друга Скобова общались с Би-би-си до вынесения решения о его аресте и оба были убеждены, что суд не сможет применить другую меру пресечения. «Вероятнее всего, его оставят под стражей, и это будет означать, что его жизнь теперь измеряется месяцами, — отмечал Рыбаков. — Всё зависит от адвоката, сможет ли он убедить его принимать лекарства в СИЗО».

«Я, конечно, переживаю за него. Мне кажется, что это самый достойный и красивый завершение его жизни. Но, произнося это, я не могу сдержать слез», — поделился Владимир Волохонский.

Говорят, что жизнь человека и общества движется спирально. Однако это движение иногда направлено вверх, а иногда — вниз. Как отмечает диссидент Рыбаков, в данном случае повторение сопровождается даже более негативными последствиями, чем прежде. «Вчера я столкнулся с новыми тонтон-макутами, которые пришли за арестом, в масках. Они сбросили меня на пол, надели наручники и угрожали пристрелить моих собак. В советские времена сотрудники КГБ, приходя за нами, проявляли больше вежливости. А эти просто опричники, которые уверены в своей безнаказанности».

В своем недавнем интервью, которое Скобов дал в рамках проекта «Север.Реалии» (в списке «иноагентов»), он утверждал, что режим Путина стал тоталитарным. Владимир Волохонский в ответ на это высказал свое мнение в фейсбуке, однако не встретился с ним для обсуждения лично.

«Мне немного грустно, что я не позвонил ему, — поделился он с Би-би-си. — Я только что опубликовал текст с ответом на вопрос, является ли российский режим тоталитарным. Я собирался ему позвонить и озвучить свой ответ, но так и не решился. А потом мама позвонила и сообщила, что его задержали. Теперь, в честь его ареста, я могу сказать: ну что ж, Скобов, ты доказал — это тоталитаризм!» — с слезами на глазах шутит Волохонский.