Новости BBC

“Спецслужбы приходят на стендапы”. Комики — о рисках и самоцензуре после ареста Идрака Мирзализаде

Дело креативного продюсера Stand-up Club №1 Идрака Мирзализаде — самый громкий в России случай избиения и ареста стендапера из-за шуток. Усилится ли в среде стендаперов самоцензура после дела Мирзалидзе и какие темы считаются наиболее опасными? С какими рисками сталкивается сообщество и почему за ним все пристальнее следят спецслужбы? Русская служба Би-би-си обсудила с коллегами Мирзализаде последствия дела.

Юмористическая программа «Разгоны», фрагмент из которой стал поводом для возбуждения дела, вышла на YouTube в начале марта. Этот проект площадки Stand-up Club №1 знакомит зрителей с процессом создания выступления. Комики делятся друг с другом идеями, набросками и историями, помогая доработать материал в процессе импровизации. «Юмористическая импровизационная передача, куда никто не идет наживать себе врагов», — объяснял позже 29-летний Идрак Мирзализаде.

В программе он рассказал о ксенофобии и проблемах, с которыми сталкиваются люди неславянской внешности при поиске жилья в Москве. Он упоминал отказы риэлторов общаться и недоверие со стороны соседей. «Тебе нужно перед ними казаться еще лучше, чем ты есть», — сказал он.

В этом контексте Мирзализаде рассказал, как при переезде обнаружил в квартире испачканный калом матрас. Он отметил, что предыдущие арендаторы были русскими и в шутку предположил, что русским свойственно пачкать калом матрасы и ложиться спать.

Этот фрагмент был показан на ютуб-канале телеведущего Владимира Соловьева с заголовком «Грязь под ногами».

«Он видите ли комик, и он сравнивает русских с таким матрасом. А это, извините, не статья? А что он вообще в России забыл?» — прокомментировал Владимир Соловьев. Позже минутный отрывок из выступления Мирзализаде начали распространять телеканал «Царьград» и пользователи соцсетей.

Комик оправдывался, что его представили «русофобом, оскорбляющим русский народ». Он опубликовал скриншот поста из телеграм-канала, авторы которого обещали заплатить 50 тысяч рублей тем, кто устроит ему «русское гостеприимство». По его словам, только в «Инстаграме» он получил несколько тысяч сообщений с угрозами.

Позже он опубликовал видеозапись, на которой видна потасовка с участием нескольких человек. По его словам, 25 июня двое мужчин напали на него на Большой Никитской в Москве. На выходе из клуба они с коллегой заметили слежку. Инцидент, как утверждает комик, произошел позже на остановке. В полицию он не обращался.

«Почти все, кто писал угрозы и оскорбления, не ознакомились ни с контекстом, ни с передачей, из которой вырезан фрагмент. Насилие и угрозы — это не вопрос чести (тем более за деньги) — это бандитизм», — написал Мирзализаде. Позже он удалил эту запись и закрыл «Инстаграм».

Он признал, что в скандальном фрагменте действительно «говорит гадости», но отметил важность контекста. Смысл своей шутки он объяснил так: «Высмеивание суждения по одному негативному инциденту о целом народе. То, с чем сталкивается любой неславянин в СНГ регулярно».

В конце июля прокуратура ЦАО Москвы возбудила в отношении Мирзализаде административное дело. 9 августа Таганский суд арестовал его на десять суток по статье 20.3.1 КоАП (возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства).

Мирзализаде не признал вину. Он принес извинения тем, чьи чувства мог задеть, и заявил в суде, что выступление было направлено на «высмеивание ксенофобии». Мосгорсуд отказал в жалобе на решение Таганского суда.

Русская служба Би-би-си приводит мнения стендаперов о деле Мирзализаде и его последствиях для сообщества.

«Часть твоей личности становится маленьким майором»

Кирилл Сиэтлов:

«Дело Идрака называют «первой ласточкой», но такие «ласточки» уже были. Я сам был в похожей ситуации весной: провел сутки в изоляторе временного содержания [за репост информации о митингах в поддержку оппозиционера Алексея Навального].

В деле Идрака нет жалобы конкретного пострадавшего человека, дело инициировали по запросу прокуратуры. К сожалению, силовые ведомства обращают внимание на новое поколение комиков. Первой мыслью может стать: «На нас обратили внимание! Может быть, эти шутки пошатнут режим или сделают общество свободнее». Но у меня было время подумать об этом с момента задержания до суда. Все гораздо прозаичнее.

Наше поколение комиков заметили только потому, что мы стали собирать большие аудитории. Я не думаю, что они пишут для себя историю культуры и следят за комиками из-за подъема стендапа. Думаю, им вообще все равно и просто некогда осознавать тренды. Поводы для административных дел выбираются рандомно.

Понимание, что тебя проверяют, создает огромное давление в плане самоцензуры. Даже если не хочешь, ты начинаешь задумываться о словах для выступлений. В сравнении с этим классическая тематическая цензура могла бы быть не такой большой проблемой. У тебя голова начинает гнить от того, что часть твоей личности становится маленьким майором, который тебя запугивает. И ты думаешь: а вот в этом найдут? А к этому придерутся? А не начнут ли здесь безумные организации травить меня людьми, которые придут и начнут бить?

Ситуация вокруг крайне токсична — конечно, это очень сильно влияет на творчество. Никто от этих десяти суток не выиграет. В России от этого дела лучше не станет».

«Комикам дают понять, что им надлежит быть осторожнее»

Маша Хрулева:

«Ситуация, которая произошла с Идраком, назревала давно. Есть ощущение, что мы живем в государстве, где все должны проходить самоцензуру. Что ты говоришь, кому, где — что угодно может быть вырвано из контекста. Особенно если речь идет о выступающих на сцене и людях с доступом к широкой аудитории — за ними следят еще более пристально.

https://www.instagram.com/p/CCtMTZ_iMrQ

Стендап-комик Сергей Орлов в интервью Юрию Дудю сказал, что это уже факт: сотрудники спецслужб в строгих костюмах приходят на стендапы и что-то фиксируют. Комикам дают понять, что им надлежит быть осторожнее в своих выступлениях. Особенно тем, кто обладает авторитетом, влиянием на мнение думающей, прогрессивной и остроумной молодежи. Стендап-комедия привлекает такую аудиторию, потому что предполагает свободу слова, рефлексию и самовыражение.

Случай Идрака — красноречивое манифестационное высказывание. Власть показывает, что будет с теми, кто говорит с публикой открыто. Пока взяли не особенно политический контекст. Мне кажется, это сделали, чтобы показать, насколько аккуратно нужно подходить к формулировке сценического материала.

У нас в головах четкая повестка и рекомендации. Нельзя критиковать власть, нежелательно сопоставлять Россию с другими странами, говорить про личную жизнь первых лиц государства, пропаганда ЛГБТ-тематики запрещена законом.

Условно все понимают, что нельзя критиковать то, что принято называть «скрепами». Но насколько это созвучно с реалиями, в которых мы живем? Что если это не уживается с внутренним голосом и совестью, которые требуют поделиться мыслями со зрителями?

Идрак рассказал о том, что у него наболело. Он поделился историей со своими друзьями. Юмор — защитная реакция, рефлексия ситуации, с которой не уживаешься в реальности. У Идрака были сложности с арендой квартиры в Москве. Он представил проблему с юмористической точки зрения — непонятно, откуда взялось это количество людей, которые обиделись и прогневались.

Произошедшее с Идраком нужно рассматривать с точки зрения прецедента: человек пошутил — человека посадили. Говорят, всего на десять дней, но человека лишили свободы за шутку, вырванную из контекста и пущенную в тираж. Как прецедент это говорит о том, что можно просто пошутить где-то с друзьями — это подхватит Соловьев, покажут по федеральному каналу, какие-то интернет-тролли выйдут в оффлайн и нападут, оставшись безнаказанными. И сам человек получит пусть исчисляемый в днях, но реальный срок.

Движения «Я/Мы» помогали журналистам и актерам отстаивать своих коллег. Стендап-комедия — новое течение, и сторонников здесь в разы меньше. Перед нами сейчас стоит вопрос, насколько мы сможем отстоять культуру и свободу слова в сценической комедии».

«За это можно полстраны посадить»

Абу Газале Нидаль Абдель Салам:

«Самоцензуру и саморедактуру проходит каждый комик. Стендаперы всегда задумываются о последствиях, так было и будет. Но вырвать слова из контекста и по-своему интерпретировать… Давайте честно: за это можно полстраны посадить на десять суток.

Я начинал заниматься стендапом восемь лет назад и могу сказать, что реакция аудитории на сложные темы сильно изменилась. Раньше люди думали, что выступление стендапера — это что-то из разряда Comedy Club, Паша Воля. Сейчас этот жанр понимают и приходят в зал, чтобы послушать стендапы на разные темы.

Для меня странно, что у Идрака возникли такие проблемы из-за шутки. Прошло много времени после выпуска, когда один всем известный персонаж обратил на него внимание и почему-то решил так поступить с Идраком.

На дело Идрака должны обратить внимание все стендап-комики и все, кто занимается этим творчеством на YouTube и других платформах. Если этого не произойдет, давление только усилится. Мы не можем этого допустить. Я не призываю всех выйти на улицы, но нужно отреагировать. Общественность должна заметить ситуацию, а люди у власти — обратить внимание и понять, что этого не может быть в стране, где есть свобода слова»

«У комика должно быть право быть дерзким»

Паша Залуцкий:

«Идрак внимательно относится к начинающим комикам. В 2015 году, уже будучи известным, он приехал в Минск и попал на мое выступление на открытом микрофоне. Тогда у меня еще слабо получалось. Идрак очень внимательно послушал и после подошел со словами «Паша, продолжай, это стоит того».

История Идрака вдохновляет меня, еще раз напоминая, зачем существуют стендап-комедия и я как комик. Мы должны создавать людям хороший дискомфорт. Именно при попадании в эту зону случаются изменения, люди начинают о чем-то задумываться. Стендап-комедия дана для перемен. Пока мы шутим про обои и холодильники, ничего не поменяется.

https://www.instagram.com/p/CF-qrrqgSXW/

Придворные шуты гороховые говорят «А король-то голый» и ходят по острию ножа. Никакой комедии и быть не может, если мы будем бояться перейти грань. Настоящий стендап рождается в тот момент, когда комик едва переходит ее. Страх приблизиться к ней создает простые развлекательные хихоньки-хахоньки, но не стендап-комедию.

Инциденты с оскорблениями — не только российская специфика, они случаются и в других странах. На Западе они находят отражение в «культуре отмены» и политкорректности, когда все боятся оскорбить всех.

Но если посмотреть на ситуацию на Западе в целом, комики продолжают работать и делать очень смелый юмор. Правовая система достаточно защищает их, они знают, что рискуют только общественным мнением, но не свободой.

Прилететь от оскорбленной аудитории может постоянно. Считается некорректным употреблять слово «натуралы» — это якобы подчеркивает, что геи ненатуральные, противоестественные. Нельзя говорить «смена пола» — нужно использовать слово «транспереход». Но комик — не политик, он не может существовать в поле политкорректности. У комика должно быть право быть дерзким, говорить неполиткорректные вещи — это его инструмент в борьбе за правду.

Как представитель ЛГБТ-сообщества я знаю, что мы тоже не идеальны, мне есть за что стебать сообщество. Мне говорят: что ты делаешь, нам и так не хватает поддержки, а ты еще в выступлениях подчеркиваешь раскол и непонимание, мы должны быть единым фронтом.

Но стендап-комик тем и отличается, что он не участвует ни в каких повестках. Он никому не сдает отчеты, не состоит ни в каких профсоюзах. Он стебет всех, для него не может быть ничего святого. Как только у стендап-комика появляются какие-то безопасные объекты, которые защищены от его юмора, теряется смысл его дела».

«Комик не ставит задачу выйти и кого-то оскорбить»

Андрей Фатуев:

«Если за шутку все же вынесли наказание, надо признать: несправедливо спрашивать только с Идрака. Он произнес ее не в прямом эфире, а на съемках. Были люди, которые монтировали, выкладывали, есть ответственные за этот канал. Я уверен, что редакторы программ возьмут на заметку эту ситуацию.

Все телевизионные форматы проходят редактуру как цензурную рамку. И все знают темы, которые лучше не трогать. Если ты сам не политик, нежелательно говорить об этом. Шутить на тему чувств верующих можно, если ты прожил эту историю — у тебя должны быть веские аргументы, либо не касайся религии. Понимая эти правила, комики определяют, о чем говорить.

Думаю, что ситуация Идрака многих комиков только подстегнет, и они начнут говорить более смело. И дело не в самом Идраке и не в предмете шутки. Человек за шутку лишился свободы.

Стендап — это в первую очередь развлекательный жанр. Он создан, чтобы приносить людям улыбки, хорошее настроение. Уверяю вас, ни один комик перед выступлением не ставит задачу выйти и кого-то оскорбить. Да, мы не застрахованы от этого. Но если комик все же оскорбляет кого-то, он никогда не несет злого умысла и, осознав, приносит извинения.

У комика только одна задача — выйти и сделать смешно. Это должно быть главным критерием оценки стендап-комедии. Если политическая тема действительно оказывается смешной, с ней нужно выступать. Если в теме нет юмора, о чем бы ты ни говорил — жена, дети, государство — этому не место на сцене».

BBC News Русская служба

Вам также может понравиться

Ещё статьи из рубрики => Новости BBC