120365087 thieves header nc Новости BBC криминальный менталитет, Прайм Крайм, СМИ
Новости BBC

«Для воров сейчас главная задача — выжить». Как в России пытаются заблокировать “Прайм Крайм” и зачем нужно издание о криминальном мире

 

BBC

В России уже 15 лет существует уникальное издание о жизни воровского мира — «Прайм Крайм». Этим летом «Прайм Крайм» оказался под угрозой блокировки: краснодарский суд посчитал, что сайт с посещаемостью в 300 тысяч человек формирует у читателей привлекательный образ уголовного мира. Русская служба Би-би-си рассказывает, почему издание, которое пишет о феномене воровской культуры, пользуется популярностью в России, как оно появилось и где достает информацию о своих героях.

«Просто вор?» — со скепсисом в голосе спрашивает голос за кадром. Бородатый брюнет со сдвинутыми на затылок солнечными очками отвечает на вопрос с легкой обидой в голосе: «Совсем не просто. Самый настоящий». Титр под ним сообщает, что это «Dato Krasnodarskiy».

Это одни из первых кадров документального фильма «#HOMMES. Невыдуманная история воровского мира», снятого при поддержке издания «Прайм Крайм».

В паспорте у Дато Краснодарского говорится, что он Давид Джангидзе. В досье «Прайм Крайма» уточняется, что 37-летний уроженец Таганрога в прошлом судим за разбой и хранение наркотиков и получал административные аресты за неповиновение сотрудникам полиции (дважды отказывался предъявить документы).

В августе 2021 года к двум уголовным судимостям добавилась третья. Джангидзе осудили на 8 лет лишения свободы по появившейся в 2019 году в Уголовном кодексе статье 210.1 — «Занятие высшего положения в преступной иерархии».

В официальной трактовке Следственного комитета преступление, которое вменялось Джангидзе, звучит так: «С июня 2013 года в преступной среде занимал высшее положение… распространял и сохранял преступные традиции и обычаи данной среды».

«5 июня 2013 года коронован вместе с …» , — еще проще описывает статус Джангидзе сайт «Прайм Крайм», перечисляя два десятка имен в комплекте с устоявшимися в уголовной среде кличками, — «… Асатряном Э.С. (Осетрина Старший), Арабули Р. З. (Робинзон) …».

иллюстрация

BBC

«Прайм Крайм» — это своего рода светская хроника российского воровского мира. Здесь публикуются новости о задержаниях, оправдательных приговорах и даже о том, как воры в законе договорились о сотрудничестве. На сайте можно найти оперативную съемку допросов, а также фотографии с застолий, отдыха и похорон российских криминальных авторитетов.

На главной странице «Прайм Крайма» на самом видном месте находится раздел «Цвет воровского мира»: здесь фотографии и краткая биография около 400 человек. В каждом профиле уточняется статус человека, например, «вор» или «под конфликтом» (это означает, что статус вора оспаривается), находится ли он на свободе и жив ли, а также когда, в каком возрасте и где был «коронован». Это не просто список, а рейтинг узнаваемости криминальных авторитетов — он выстраивается на основе голосования за участников посетителями «Прайм Крайма».

Посещают сайт около 300 тысяч человек в месяц, а под некоторыми профилями воров в законе есть несколько сотен комментариев: пользователи сайта обсуждают героев статей и своих знакомых, причем чаще всего называя их по кличкам.

«Воры как категория людей вызывают интерес чисто как личности, как медийные фигуры. Если брать представление о романтическом в изначальном понимании XIX века — это романтические герои, то есть люди, которые противостоят системе и которые [так] живут несмотря на то, что они сидят в тюрьме. За этим интересно следить, об этом интересно читать. И люди читают ради этого, а не для того, чтобы следовать за ними», — так объясняет интерес к «Прайм Крайму» и вообще воровской культуре доктор исторических наук и ведущий научный сотрудник Института этнологии и антропологии РАН Дмитрий Громов.

Но дело не только в том, что людей привлекают новости про «воров в законе», как когда-то, например, истории про «благородных разбойников». Бандитская субкультура вошла в массовую культуру через романы, фильмы и песни, что, в свою очередь, «сделало слова, жесты и нормы [этой] социальной группы еще более популярными в потерявшем ценностные ориентиры обществе», писал в книге «Силовое предпринимательство» социолог Вадим Волков.

Материалы «Прайм Крайма» не только читают 300 тысяч человек в месяц. Статьи издания цитируются в судах и даже используются как доказательства того, что человек занимает «высшее положение в преступной иерархии».

Само издание также попало в текст судебного решения как раз по делу Давида Джангидзе. В частном постановлении в адрес главы Роскомнадзора судья Краснодарского краевого суда Василий Лобода потребовал заблокировать сайт, так как публикации агентства «всемерно и последовательно» пропагандируют «параллельную структуре государственной власти криминальную власть лиц, занимающих высшее положение в преступной иерархии».

Кто создал «Прайм Крайм»?

Создатели «Прайм Крайма» — люди непубличные. Когда корреспондент Би-би-си написала на редакционный адрес, то в ответ пришло письмо за подписью «главного редактора Виктории Гефтер».

Гефтер охотно и много рассказала об истории и «внутренней кухне» «Прайм Крайма». Идея проекта, по ее словам, принадлежит выходцам из спецслужб, которых в воровской культуре привлекает «почти масонский герметизм». А новости о «ворах в законе» порталу якобы приходят от источников — и в правоохранительных органов, и в самом преступном мире.

Вопреки нынешней моде, когда медиаменеджер активен в соцсетях, создатели «Прайм Крайма» не просто держатся в тени, но даже гордятся тем, что сохраняют инкогнито. Однако история ресурса все же отразилась в открытых данных. Насколько она соответствует картине, нарисованной Викторией Гефтер?

По официальным документам и реестрам, ключевая фигура в проекте — 44-летняя москвичка Алла Гефтер. Это эффектная женщина: по крайней мере, такой вывод можно сделать по тем немногочисленным снимкам в сети, которые нашли корреспонденты Би-би-си. И уже точно не похожая на человека, который выпускает заметки с таким текстом: «В одной из своих ходок в Коми АССР Блондин делил нары с самым влиятельным грузинским вором «в законе» того времени Писо, в миру Валерьяном Кучулория, который, впрочем, вора в Блондине не увидел».

До сих пор Роскомнадзор явно не выполнил требования судьи Лободы. Более того, это даже не первая попытка регионального суда заблокировать «Прайм Крайм» — в 2020 году заблокировать сайт пытался Димитровский райсуд Костромы. Однако сайт до сих пор доступен в России.

Русская служба Би-би-си попыталась разобраться, кем и зачем был создан информационный проект о советском и российском криминале и как он оказался под угрозой блокировки.

иллюстрация

BBC

«Палец, как говорится, в рот не клади», — так характеризует Гефтер знакомый.

Алла Гефтер родилась в городе Балашов Саратовской области и жила там примерно до конца 1990-х годов. Рано вышла замуж, в двадцать лет родила дочь — ту самую Викторию Гефтер, которая в 24 года возглавляет «Прайм Крайм». Особенного интереса к криминальной тематике со стороны Аллы в те годы не было, вспоминает ее бывший муж Алексей Незнамов. Хотя признает, что «общение» с людьми этого круга у них обоих было, но, мол, времена были такие — «лихие девяностые».

«У нее, может, дальше это пошло […], переросло», — осторожно рассуждает Незнамов о том, почему его экс-супруга могла заинтересоваться жизнью «воров в законе». Сам он работает на родине в Саратовской области агрономом.

На рубеже веков Алла Гефтер (тогда еще носившая фамилию Незнамова) перебралась в Москву. Здесь она познакомилась с уроженцем Геленджика Александром Ампилоговым. Ампилогов — выпускник факультета восточных языков Военного университета минобороны, потом учился в США, в школе бизнеса в Чикаго. По возвращении в Москву занимался бизнесом — у него было свое рекламное агентство.

«Молодых людей симпатичнее и умнее я не встречала в своей жизни», — так охарактеризовала Ампилогова его знакомая. Несмотря на блестящую биографию, у него тоже был интерес к криминальной культуре.

«Рассказывал, что [интерес к этой среде появился] от сильных детских впечатлений, и в теме он был лет с 14», — рассказал Би-би-си его знакомый, отказавшись, впрочем, отвечать на уточняющие вопросы.

Именно эта пара — Ампилогов и Гефтер — и создала в 2006 году портал «Прайм Крайм», чей слоган сейчас — «первый по ворам».

Ампилогов зарегистрировал на себя и основной сайт проекта, и его «зеркало», и даже такой адрес, как Vorvzakone.ru. А Алла Гефтер стала (и по сегодняшний день числится) официальным учредителем издания в реестре Роскомнадзора.

«Мы готовы разместить на страницах нашего сайта любую достоверную информацию, касающуюся происшествий, имеющих отношение к «ворам в законе». В этой связи мы обращаемся с предложением о сотрудничестве к пресс-службам органов внутренних дел, прокуратуры и ФСИН», — так незатейливо и немного коряво искали создатели сайта источники в правоохранительных органах.

Агентство криминальных новостей Ампилогов и Гефтер зарегистрировали в съемной квартире в районе парка Победы в Москве, где они тогда жили. Прошло пятнадцать лет, но «Прайм Крайм» по-прежнему официально располагается в ней же. Хотя необычные арендаторы давным-давно съехали.

«Я звонил как-то в Роскомнадзор, они сказали: «Что нам указали в заявлении [на регистрацию], то мы и вписали», — жалуется Би-би-си владелец жилья Виталий. По адресу квартиры постоянно «сыплется много корреспонденций с удаленных точек страны», жалуется он: судебные повестки, запросы МВД, письма читателей.

«Ходил на почту, спрашивал, можно ли перестать их пересылать, а они говорят: «Да просто не берите!» — посетовал он. Самих экс-арендаторов он, по его словам, найти не может, а за почтой они не заезжают.

Ампилогова действительно найти сложно: в какой-то момент он вышел из всех бизнес-проектов и вернулся в Геленджик. В 2019 году его полный тезка был приговорен Геленджикским городским судом к 240 часам обязательных работа по «наркотической», 228-й статьей УК РФ: он купил через интернет дозу мефедрона, но был остановлен сотрудниками полиции. Полный тезка Ампилогова признал вину.

Знакомый Ампилогова рассказал Би-би-си, что создатель «Прайм Крайм» ударился в религию и живет под Геленджиком в районе дольменов — древних каменных склепов. «Он живет не в городе и прямой связи с ним нет», — вздохнула его мать на просьбу помочь связаться с сыном.

А вот Гефтер продолжила заниматься «Прайм Краймом». Уже в 2011 году новости о «ворах в законе» ежемесячно читали 120 тысяч человек. Спустя десять лет посещаемость выросла вдвое: в июне у сайта было 311 тысяч уникальных посетителей, в июле — 276 тысяч (данных Liveinternet).

Две три всего трафика приходится на Россию, остальные читатели живут в основном в странах бывшего СССР, следует из статистики сервиса SimilarWeb. И 70% всех посетителей приходят на сайт не из поисковиков, а напрямую, забивая адрес «Прайм Крайм» в адресной строке.

Имея такую преданную аудиторию, Алла Гефтер попробовала себя в новом жанре — она спродюсировала документальный фильм о воровской культуре.

Неожиданная публика на «Артдокфесте»

«Мы сняли очень интересных людей… Это будет не просто история про «воров». У меня к этому фильму такое отношение, как будто это последнее, что мне осталось сделать. На этом фильме сошелся весь мой жизненный опыт», — в 2014 году основатель «Прайм Крайма» давал анонимное интервью изданию «Русская планета». В интервью человек говорил о себе в мужском роде.

Речь идет о фильме «#HOMMES. Невыдуманная история воровского мира» — в начале фильма там как раз среди других «криминальных авторитетов» показывают и Давида Джагидзе, с делом которого была связана последняя попытка заблокировать «Прайм Крайм».

В 2015 году картину показали на внеконкурсной программе «Артдокфеста». По словам президента фестиваля Виталия Манского, организаторы показов не слишком рассчитывали на зрительский интерес и назначили оба сеанса на позднее время.

иллюстрация

BBC

«Нас всех очень удивило, что сразу на эти фильмы были выкуплены все билеты… И я помню, к нам встревожено прибежала администрация кинотеатра, где проходил фестиваль, и сказала: «Вы видите, что это за люди, что за публика? Это не ваша публика. Что у вас здесь намечается?» — вспоминал Манский.

Один из зрителей, побывавший на просмотре фильма и попросивший об анонимности, в разговоре с Би-би-си вспомнил, что заметил тогда в зале колоритную аудиторию.

«Понятно, что на ярких персонажей обращаешь больше внимания, но были такие восточные «воры» — то ли грузины, то ли езиды… какие-то вдовы мафии с охраной…Но какого-то молодняка, которого пропаганда блатной романтики привела, я не заметил», — рассказывает мужчина.

Среди зрителей были заметны люди, которые, судя по всему, были знакомы с героями картины: «Кто-то комментировал, недоволен объективностью был, кажется. Видно, что знакомые встречались, вообще [была] атмосфера своих людей».

Продюсером фильма стала Алла Гефтер, а имя режиссера и сценариста для широкого круга осталось в тайне. В титрах он указан под псевдонимом SaNIA.

«Даже дистрибьюторы общались с автором через неких посредников, потому что автор скрывает свое имя и фамилию» — рассказывал президент «Артдокфеста» Виталий Манский спустя пару лет после того, как 2015 году фильм был показан на фестивале.

«Я уже в данном случае, может быть, пересказываю некую легенду: автор не кинематографист и ныне является очень успешным человеком, но когда-то он был также одним из героев этого фильма — говорил Манский. — Он также находился в местах заключения и, видимо, они на него произвели достаточно серьезное впечатление, раз в последующем он решил об этом мире людей в тюрьме снять свою картину».

Виктория Гефтер в письменных ответах Би-би-си не стала комментировать слова Манского о нынешней успешности создателя картины. Сведения о том, что этот человек когда-то сам находился внутри воровского мира, по ее словам, «действительности не соответствуют».

Как выживает «Прайм Крайм»

«Миссия Прайм Крайм — поименно вспомнить всех, кто был удостоен высокого имени Человека (Так в криминальной среде называют воров в законе. — Би-би-си) и увековечить личный подвиг каждого из них. Все, кто разделяет наши ценности и желает присоединиться к бессрочной вахте памяти, может своим посильным участием приблизить нас к общей цели», — с помощью такого текста создатели «Прайм Крайма» призывают своих читателей жертвовать проекту.

До пожертвований, на заре проекта, у «Прайм Крайма» была другая финансовая модель: для просмотра части разделов — например, списка «воров в законе» — пользователи должны были заплатить деньги. Сейчас сайт пытается искать рекламодателей, но, судя по всему, размещать коммерческие объявления на таком специфическом ресурсе бизнес не спешит.

У журналиста и автора книги о петербургском криминальном мире 90-х «Крыша» Евгения Вышенкова есть своя версия, кто может финансировать ресурс.

«Есть мощный воровской мир — это тысячи человек, которые живут такой жизнью, в этом мире есть интриги, скандалы, расследования, имущественные отношения и т.д. Создано медиа для этого мира. Материал на «Прайм Крайме» о воре в законе, совершающем то или иное действие, — это возможность для предъявления ему претензий или для того, чтобы взять у него часть власти, бизнеса. Я думаю, что есть представители этого мира, которые инвестируют для того, чтобы это жило».

Откуда же все-таки деньги — с учетом того, что официального бизнеса, помимо «Прайм Крайма», на Алле Гефтер не числится, а по Москве, например, она до последнего времени перемещалась на бюджетном седане?

«Когда чем-то увлечен, вопрос выживания не стоит. Бывают и спонсорские вливания» — письменно ответила на вопрос о способах финансирования главред сайта Виктория Гефтер.

иллюстрация

BBC

Би-би-си предложила Виктории встретиться лично, чтобы подробнее узнать, кто и зачем делает этот необычный ресурс. Она сначала согласилась, но потом перестала выходить на связь. Ее мать и основатель «Прайм Крайм» Алла Гефтер резко заявила, что общаться не будет, а потом заблокировала корреспондента Би-би-си, когда он попытался задать свои вопросы в мессенджере.

Один из вопросов — о туманной истории, произошедшей в 2008 году. В архивах милицейских сводок есть запись о том, что тогда полная тезка Аллы Незнамовой (предыдущая фамилия Гефтер), родившаяся в тот же день и в том же году, якобы попыталась похитить из сетевого магазина в Москве косметику на сумму в 4672 рубля. Что примечательно: произошло это за несколько дней до праздника 8 марта. Впоследствии было возбуждено уголовное дело №321176 по 158-й статье — «Кража».

Дошло ли оно до суда в итоге или нет, установить не удалось. Но в любом случае для мира почитателей «Прайм Крайма» судимость по статье «Кража» — почти как медаль.

От светской хроники до доказательств по уголовным делам

«Сегодня власть воров, как и любая другая, это большой сплошной обман. Чтобы им, как раньше, несли деньги, нынешним ворам, подобно Волшебнику Изумрудного города Гудвину, приходится поддерживать вокруг себя некую иллюзию, задействуя весь свой артистический арсенал» — так описывает ситуацию в российском преступном мире в переписке с Би-би-си Виктория Гефтер.

Дмитрий Громов из Института этнологии и антропологии РАН сравнивает «Прайм Крайм» со сводками светской хроники. По этой причине само по себе описание встреч, коронаций и конфликтов внутри закрытого сообщества не имеет ничего общего с призывами присоединиться к криминальному миру, полагает он.

Востребованность «Прайм Крайма», полагает Громов, основана на читательском любопытстве, а не на том, что общество воспринимает воров в законе как образец поведения.

Инициатива краснодарского суда о блокировке издания встроилась в «кампанию борьбы с ворами как с кастой, с объединением людей, которые в общем-то стоят во главе тюремной иерархии», считает Громов.

1 апреля 2019 года президент Владимир Путин подписал закон, ужесточивший наказание для лидеров криминального мира. Тогда в Уголовном кодексе и появилась статья 201.1, по которой судят «воров в законе», а доказательством в судах часто становятся материалы «Прайм Крайма».

Это как раз и стало важным этапом кампании по борьбе с ворами, о которой говорит Громов. По этой статье осудили Давида Джангидзе, а в ее рамках краснодарский суд и вынес постановление о блокировке «Прайм Крайма».

Сколько именно дел по статье 210.1 УК РФ было возбуждено с момента ее введения в Уголовный кодекс, неясно. Официальная статистика судебного департамента Верховного суда говорит, что и в 2019-м, и в 2020 году приговоров по делам с таким составом не было.

Однако это не так. Первый приговор по обвинению в занятии высшего положения в преступной иерархии был вынесен в октябре 2020 года. Тогда Мосгорсуд назначил 11 колонии вору в законе Шалве Озманову, известному по кличке Кусо — родственнику Захария Калашова, которого правоохранительные органы считают одним из лидеров российской организованной преступности.

По данным «Коммерсанта», уликами против Озманова стали специфические татуировки на теле и посланная его друзьями в СИЗО сопроводительная записка, в которой арестантам рекомендовалось уважать вора. Среди прочих материалов следствие ссылалось на публикации «Прайм Крайм», в которых описывалось, как и где Озманов получил статус вора в законе. Однако суд исключил материалы издания из числа доказательств, так как Мосгорсуду не удалось найти владельцев сайта, писала газета.

Скорее всего, судебные повестки приходили на официальный адрес регистрации «Прайм Крайма», где его создатели давно не живут.

Дело Озманова стало первым завершившимся в суде процессом по новой статье, однако первым фигурантом по этому составу стал другой обвиняемый. Причем, как и в предыдущем случае, следствие использовало материалы «Прайм Крайма». Обвинение пыталось доказать, что 42-летний Николай Кузьмичев из Томска в преступном мире известен как коронованный вор в законе Коля Томский.

Следователи скачали с сайта «Прайм Крайм» данные из досье Кузьмичева, в котором указывается его кличка, сведения о коронации и цитируется «прогон» воров в законе о пополнении в «воровской семье», писала «Медиазона», изучившая материалы дела. Материалы издания, правда, как и в случае с Озмановым, были исключены из допустимых доказательств по тем же причинам. Присяжные вынесли оправдательный вердикт.

В переписке с Би-би-си Виктория Гефтер довольно пессимистично описывает нынешнее состояние криминального мира на фоне кампании по борьбе с ворами:

«Воровский мир меняется и уже не будет прежним. Для воров сейчас главная задача — выжить. Даже не самим, а как виду. Никто в здравом уме уже не рвется в Семью. Даже те, кто раньше стремился, с появлением [статьи] 210.1 стали отказываться. И это далеко не сливки преступного общества, как это было всегда. Налицо все признаки упадка и деградации. Хуже нынешнего, пожалуй, и не было».

иллюстрация

BBC

На сайте помимо рейтинга воров в законе есть и картотека — это около 6 тысяч профилей.

Список действующих воров стабилен и составляет чуть более 400 человек, большая же часть внесенных в картотеку имен — уже исторические персоны, описывала картотеку Гефтер в переписке с Би-би-си.

«В ней отражены взаимосвязи, по которым из глубины времен можно проследить преемственность от ныне здравствующих крестников Васи Бриллианта [легендарный вор в законе Василий Бабушкин, проведший 35 лет из своих 57 в тюрьмах] до тех, кто в 40-е годы наставлял его самого. Это дорожная карта, по которой воровской мир можно исследовать бесконечно во всех направлениях, чего раньше не было в принципе» — объясняет она.

Самой захватывающей частью работы проекта о «законниках» она называет не современные сюжеты, на которые ссылается в судах обвинение, а еще не рассказанные истории из прошлого. И если о ГУЛАГе написано много, то о ворах — почти ничего, считает главред «Прайм Крайма».

«Смотришь дело какого-нибудь вора-идеолога 1900-х годов рождения, сначала сплошь все статьи — за карман. Потом, с середины 40-х, пошли умышленные убийства, несколько сроков подряд по 25 лет. Началась внутривидовая борьба… В некоторых стычках между враждующими группировками воров-рецидивистов участвовало до полутора сотен человек. Кто-нибудь слышал хоть об одной из них ? Очень сомневаюсь, — говорит Гефтер, — Открываешь такое дело и по корешку видишь, что до тебя его никто в руки не брал. А когда еще это то, чему ты жизнь посвящаешь, ощущения непередаваемые».


Иллюстрации: Таня Оспенникова

BBC News Русская служба

Вам также может понравиться

Ещё статьи из рубрики => Новости BBC