Site icon SOVA

Рикард Йозвиак: европейских лидеров не подкупают разговоры о российском влиянии

Рикард Йозвиак

Рикард Йозвиак

— Могли бы вы назвать главные препятствия для Грузии на пути получения безвизового режима с ЕС?

— Я считаю, что существует по меньшей мере четыре препятствия и все они связаны между собой. Первое, безусловно, — миграционный кризис в Евросоюзе. Думаю, многие за пределами ЕС переоценивают настроения рядовых граждан внутри объединения, когда речь идет о вопросах миграции. Как правило, люди не желают видеть других в ЕС, даже если либерализация визового режима, скажем, для Сирии и Афганистана — две совершенно разные вещи. Я не уверен, что жители ЕС понимают эти особенности. Они не знают, почему граждане Турции, Украины или же, в меньшей степени, Грузии могут быть допущены на территорию ЕС без виз, в том время как здесь такие проблемы с миграцией.

Второе препятствие для Грузии связано с тремя другими государствами, которые также ждут отмены виз с Евросоюзом. Даже если ЕС использует индивидуальный подход для каждой страны, вы все равно останетесь частью одного пакета. Некоторые государства уверены, что Турция должна получить право безвизового передвижения по ЕС первой, остальные же, напротив, уверены, что Анкара заслуживает это одной из последних. Есть и те, кто уверен, что Грузия и Украина должны вместе двигаться по данному пути. Другие полагают, что все четыре страны необходимо продвигать одновременно. Все это усложняет положение для Грузии.

Третье препятствие для Грузии — это пересмотр механизма по приостановке безвизового режима со стороны Евросоюза. До тех пор, пока Европарламент не проголосует за его введение, многие страны ЕС не станут открывать для Грузии границы. И, наконец, все, что мы слышали о «грузинских криминалах» в Германии… Я не уверен, что это — реальная причина, но, считаю, что «Европейская народная партия», частью которой являются христиан-демократы Ангелы Меркель, хотят повременить с решением до проведения парламентских выборов в Грузии и, таким образом, помочь «Единому национальному движению» (ЕНД является частью «Европейской народной партии», — прим. СОВЫ) помешать победе «Грузинской мечты». Это то, над чем сейчас некоторые члены «Европейской народной партии» работают в Европарламенте.

— Высокопоставленные лица в Евросоюзе все это время заявляли, да и продолжают заявлять об успешных реформах, о том, что ничего не может остановить процесс либерализации визового режима с Тбилиси. Но результат, который мы видим, отличается от заявлений. Что происходит?

— Мне кажется, многие в Грузии не осознают до конца того, что Еврокомиссия с одной стороны и Совет Европы с Европарламентом — с другой, разные и независимые друг от друга институты. Часто они действуют независимо друг от друга. Комиссия в декабре заявила, что Грузия удовлетворяет все критерии и еще раз подтвердила это заявление осенью. Но это не является гарантией того, что члены ЕС и Европейского парламента придерживаются той же позиции. Я не удивлен тому, что многие страны Евросоюза видят проблему в имплементации документа о либерализации визового режима.

— Считают ли лидеры ЕС Грузию частью большой европейской семьи?

— Это зависит от того, о каких лидерах ЕС идет речь. К примеру, польские и литовские лидеры определенно видят вас частью европейской семьи и хотели бы приветствовать вас в рядах Европейского союза. Что же касается других стран Восточной и Западной Европы, тут настроения несколько иные. Думаю, им будет непросто назвать вас европейским государством. В данный момент и в обозримом будущем каких-либо планов по расширению ЕС в повестке нет. У ЕС сейчас слишком много других проблем: от Brexit, безработицы, проблем еврозоны — до миграционного кризиса. И я думаю, шансов на то, что ЕС развалится, намного больше, чем того, что Грузия станет членом Евросоюза. Думаю, к 2020 году одна или две страны западных Балкан могут вступить в ЕС; все государства этого региона имеют подобную гарантию. А у вас нет даже этих гарантий. Поэтому я скептически отношусь к грузинским чаяниям, что в один прекрасный день страна станет полноправным или хотя бы частичным членом Европейской семьи.

— В Грузии часто говорят, что провал либерализации визового режима способствует усилению позиций России в стране. Заботит ли это европейских лидеров?

— Европейских лидеров этими аргументами не подкупить. Во-первых, потому что подобная схема не сработала в Молдове. Они уже пользуются безвизовым соглашением, а также финансовой помощью ЕС в вопросах развития сельского хозяйства в противовес экономическому эмбарго, которое объявило Молдове Россия. Несмотря на продолжающуюся экономическую блокаду, властям не удалось справиться с ситуацией, и пророссийские настроения все это время только крепли в Молдове. Они сильны и сегодня. И еще, в составе ЕС есть страны, которые просто не видят в Грузии будущего члена объединения. Напротив, они приветствуют сближение Москвы и Тбилиси.

— Вы упомянули политику «Европейской народной партии», которая ради хороших результатов ЕНД на выборах готова затянуть введение безвизового режима с Грузией…

— Я действительно думаю, что «Европейская народная партия» намеревается помочь «Единому национальному движению» на выборах, особенно сейчас, когда мы видим из социологических опросов, что ЕНД и «Грузинская мечта» очень близки в рейтингах популярности среди населения. Либерализация визового режима — это тоже часть политики, а в политике ты помогаешь своим союзникам во время выборов.

— Считаете ли вы, что Грузия может последовать примеру Турции? Я говорю не о политической составляющей, а о сроках. То есть, понадобятся ли Грузии долгие годы для того, чтобы добиться отмены виз со странами ЕС?

— Это могло бы произойти, но я все же думаю, что Грузия в конечном счете получит безвизовый режим в этом году, правда, скорее всего ближе к осени. По моим предположениями — в октябре-ноябре. Грузия, в отличие от Турции, выполнила все требования. Это маленькая страна с небольшим населением и без сухопутной границы с ЕС. Она также является намного более развитой демократией, чем Турция, и не столь противоречивая, как Анкара.

— Как миграционный кризис сказывается на настроениях в ЕС? Может ли это стать поворотным моментом для Евросоюза, и какие перемены нас могут ожидать?

— Я считаю, что миграционный кризис имел и еще будет иметь огромные последствия для ЕС. Он уже сделал Евросоюз более закрытым, и вы увидите, как это негативно скажется на дальнейшем расширении и политике соседства. Но, что хуже всего, миграционный кризис создал напряжение между восточными и западными странами-членами ЕС, которое будет нелегко до конца преодолеть в будущем. И это может сказаться на таких странах, как Грузия и Украина. Не забывайте, что восточные страны-члены ЕС, такие как балтийские республики, а также Польша, Словакия и Чехия — самые большие сторонники «Восточного партнерства». Но если у этих стран будут проблемы с западными странами-членами Европейского союза, им будет намного сложнее убедить ЕС в необходимости поддержать Украину и Грузию на их пути в Европу.

Exit mobile version